Этот текст является переводом. Оригинал можно найти здесь (откроется в новом окне).
Я дружу с одними из самых предусмотрительных, гениальных, любознательных, эксцентричных и искренних людей, которых можно встретить в IT-индустрии. Многие из моих самых близких друзей — бывшие коллеги. Но на работе я также встречал очень эгоцентричных, почти маниакальных и крайне неприятных людей.
В IT можно встретить все типы людей — как и везде. Однако эгоманы теперь не только постоянно выдвигают себя на первый план «в реальной жизни», представляя себя — будь то «Founding Engineer» или вообще основатель/генеральный директор/технический директор/ИТ-директор/и т.д. или «GTM-разработчик» — как самую влиятельную ведущую силу своей компании. Они также безостановочно говорят о себе в интернете.
Это не хорошо ни для кого.
Эта запись в блоге довольно длинная, поэтому сначала краткая версия: Тех-индустрия зарабатывала доверие на протяжении 40 лет, совершенно особый вид доверия, и имела по большей части скучные мотивы для своей работы. Это позволяло нам выглядеть заслуживающими доверия и теми, кто находится на стороне добра.
За последние десять лет, однако, разные руководители компаний осознали, что доверие можно легко погасить и преобразовать в другое благо: внимание. Они обещали себе от этого высокие прибыли.
Проблема с такой вещью, как доверие, заключается в том, что его цену узнаешь только тогда, когда пытаешься его выкупить обратно. Видеосерия Founders Fund Mafia — самый яркий тому пример. Если среди читателей есть основатели, которые подумывают снять собственное мафиозное видео: пожалуйста, не надо.
Лучше сосредоточьтесь на изначальных нердских ценностях: любви к обучению, любознательности, страстном интересе к своей области и некоторой скромности, например, в том, как вы ведёте себя с другими и говорите о своей работе.
Эффект будет проявляться медленнее, и вы не станете вирусным — но в конечном счёте это окупится, когда люди в какой-то момент в массовом порядке отвернутся от техно-величин, изображающих из себя реалити-звёзд. И они отвернутся.
Очаровательное и дальновидное понятие «нерд»
Десять лет назад представление об IT-специалисте воплощали прежде всего Джобс и Возняк. У Джобса были свои недостатки, все это знали, это было нормально для того времени. Он был чрезвычайно амбициозен, бескомпромиссен даже в мельчайших деталях и иногда высокомерен (не всегда, на мой взгляд, иногда он просто был прав).
Им восхищались многие, потому что его продукты хорошо работали и были более изысканными, тонкими и красивыми, чем всё, что существовало до них. Когда Джобс становился неуступчивым, по крайней мере в общественном восприятии, речь шла о таких вещах, как, например, кернинг (откроется в новом окне). При этом он умел создать впечатление, что его рвение всегда было в наших интересах — в интересах клиентов! Его можно представить как человека, который хотел усовершенствовать пользовательский опыт и своё наследие — именно такими и должны быть генеральные директора.
Был ещё Воз, покровитель информатики: сдержанный, щедрый, скромный, избегающий публичности и довольный теми деньгами, которые у него были, — безусловно, значительная сумма, но не абсурдно огромная, которая заставила бы его выглядеть злодеем.
Он рано раздавал акции Apple коллегам, потому что считал странным иметь так много, и преподавал на добровольных началах. Воз был образцовым примером человека, который находился в центре важнейшей промышленной трансформации века — и при этом не жаждал внимания. Он просто делал то, что любил, зарабатывал на этом много денег и делился своими знаниями с другими.
Их история по сути такова: люди, которые здесь формируют будущее, — это, если смотреть негативно, перфекционисты-идиоты, или, выражаясь позитивнее, доброжелательные одержимые. В любом случае их внимание направлено на их работу, а не на «мир» с его гламурными грехами.
Какими они были на самом деле — в конечном счёте неважно. Их такими видели. Мы им доверяли, потому что они, очевидно, не охотились за нашим вниманием. Они были нердами с деньгами, которые в первую очередь хотели заниматься своими проектами. Поэтому мы считали оправданным, что они несут ответственность за формирование нашей цифровой жизни.
Сейчас мы от этого довольно далеки.